Посеем семена добра…

Это блог о том, как остаться человеком в наше непростое время…

С Новым годом!

Написано в рубрике: Душа с душою говорит... — admin 10:39 пп в Пятница, Декабрь 31, 2010

Многие из нас еще помнят милый обычай поздравлять близких и родных  с праздниками при помощи открыток. Дней за десять до очередного праздника, мы ездили в центральные книжные магазины, где в специально отведенных отделах продавалось это «поздравительное чудо». Если времени не хватало, то покупали более скромные экземпляры открыток на почте, иногда тут же писали и отсылали. Но часто приносили домой целую стопку ярких художественных «изысков», чтобы неспешно и аккуратно составить поздравительные тексты «по списку», который хранили от праздника к празднику.

Мороз в мороз пришел к нам с подарками

     Вспоминая о старой традиции, всех – всех  поздравляю с Новым годом! От всего сердца желаю  радостного настроения в продвижении по духовному пути, крепкого здоровья и непременно любовного и бережного отношения друг к другу, потому что именно от этого зависит и наше здоровье, и наше подвижничество. Пусть уныние, раздражение, зависть к чужому успеху и другие, отравляющие жизнь и здоровье ошибки останутся в исповеданном прошлом. А впереди нас встретят взаимное уважение,  теплота сердец, внимание к проблемам других. Пошлем друг другу в эту новогоднюю ночь лучик света из каждого сердца. И пусть эта радуга света согреет замерзших, осветит дорогу путешествующим, поддержит одиноких. Ведь если посмотреть под определенным углом зрения, то наша Земля – такой вот совершенный космический корабль, который путешествует в бесконечной вселенной. И Господь собрал нас всех на этой «космической лодке» не для того, чтобы мы ссорились друг с другом и думали только о личных интересах. Возьмемся за руки! Чтоб не пропасть  поодиночке…. С НОВЫМ ГОДОМ!

Господи, воззвах к Тебе, услыши мя!

Написано в рубрике: Поэзия — admin 2:25 пп в Вторник, Декабрь 28, 2010
 недугуя душой, к Тебе взываю, Боже
 
Прости, Господь, мои метанья,
Что не всегда мой ум с Тобой,
Что не несу к Тебе воззванья,
Когда недугую душой.

Хотя меня Ты лучше знаешь,
Чем моя любящая мать,
Ты кротко так Себя скрываешь,
Чтоб силою не принуждать.

Но как легко, когда отчасти
(пока ночной царит покой)
В душе моей утихнут страсти,
Чтоб мог беседовать с Тобой.

Тебя я сам увижу близко,
Твою любовь смогу понять.
И пусть паду я завтра низко –
Не уставай меня спасать!

            Роман Мерцалин

Святителю отче Спиридоне, моли Бога о нас.

Написано в рубрике: Душа с душою говорит... — admin 10:37 пп в Суббота, Декабрь 25, 2010

Моли Бога о нас грешных

О преблаженне святителю Спиридоне! Умоли благосердие Человеколюбца Бога, да не осудит нас по беззаконием нашим, но да сотворит с нами по милости Своей. Испроси нам, рабам Божиим (имена), у Христа и Бога нашего мирное и безмятежное житие, здравие душевное и телесное. Избави нас от всяких бед душевных и телесных, от всех томлений и диавольских наветов. Поминай нас у престола Вседержителя и умоли Господа, да подаст многих наших грехов прощение, безбедное и мирное житие, да дарует нам, кончины же живота непостыдныя и мирныя и блаженства вечнаго в будущем веце сподобит нас, да непрестанно возсылаем славу и благодарение Отцу и Сыну и Духу Святому, ныне и присно и во веки веков.

ПРАВДА ОБ ОБМАНЕ

Написано в рубрике: Есть, чтобы жить или жить, чтобы есть? — admin 6:23 пп в Среда, Декабрь 22, 2010

Бог в поисках человека

Написано в рубрике: Душа с душою говорит... — admin 11:29 пп в Понедельник, Декабрь 20, 2010

Небо спустилось на землю

 

Диакон Андрей Кураев

Теперь эту проблему с языка религиозного попробуем перевести на язык инженерной мысли, на язык сопромата.

Представим себе две конструкции, из которых одна сделана из аллюминия, а другая — из чугуна. И вот между ними надо сделать балку. Спрашивается: из какого материала сделать эту соединительную балку, если мы хотим, чтобы связь была прочной и долговечной? Если мы эту балку сделаем из чугуна, то там, где мы приварим эту балку к чугуну, соединение будет прочное. Но поскольку у чугуна и аллюминия совершенно разные свойства (коэффициенты сжатия, упругости, теплопроводности, электропроводности и т.д., и т.п.), то в том месте, где чугунную перемычку мы приварим к аллюминиевой части (если, конечно, нам это удастся сделать), рано или поздно появятся деформации, коррозия и прочие неприятности, и в конце концов в этом месте вся конструкция рухнет. А если мы сделаем балку из аллюминия, то она будет добротно сварена с алюминиевой частью композиции, но там, где она будет присоединена к чугуну, там опять же возникнут проблемы.

Что делать?

Идеальный выход был бы такой: найти материал, который обладал бы и всеми свойствами чугуна, и всеми свойствами алюминия. И тогда он одинаково хорошо соединялся бы и с чугунной, и с алюминиевой составляющими…

В современной технике это, насколько мне известно, невозможно.

А вот в религии этот вопрос был решен.

«Ибо сей Бог есть Бог наш на веки и во веки: Он будет вождем нашим до самой смерти», — говорит синодальный перевод Псалтири (Пс. 47, 15), а гебраисты (ученые-специалисты в области древнееврейского языка и культуры) полагают возможной такую его передачу: «Бог, который пребудет вовеки, наш вождь против Смерти».

Такова цель Божия похода в мир.

Чтобы соединить Бога и человека, навсегда и нераздельно, в мир входит Богочеловек. Тот, кто во всем Бог и во всем человек. Тайну Христа изъяснил святитель Иоанн Златоуст: «Не переставая быть Тем, Чем Он был, Он стал Тем, Чем не был», то есть — не переставая быть Богом, Бог становится еще и человеком, «восприняв человечество и не утеряв Божество» (блаженный Августин. О Граде Божием. 11,2)

Здесь проходит решительная грань между оккультизмом и христианством.

Для теософов и иных оккультных сект Христос – это человек, который шел путем духовного самосовершенствования и наконец достиг Божественного состояния. Человек и Бог соединяются в результате усилия человека.

Церковная же христология строится сверху вниз: не Иисус поднимается до Небес, но Небо склоняется к земле. Путь Христа кенотичен; это путь самоумаления. Он Бог еще до Благовещения, Он Бог еще до Своего Воплощения. И Он все более погружается в глубины падшего мира, все больше вбирает в Себя условия человеческого бытия в его не-Им-созданной падшести. Благовещение – Рождество – Обрезание – Крещение от руки Иоанна – пустыня – Гефсиманская скорбь – Крест – Сошествие во ад… «Самая немощь Его зависела от Его власти» (Блж. Августин. О граде Божием. 14, 9), и потому Он «восторжествовал не менее тем, что не сделал того, что мог сделать».

Бог вбирает в себя Человечество, а не человек расширяет себя до вмещения Бога. Слово стало плотию (Ин. 1, 14), а не плоть эволюционировала в Слово. Оттого – строгое предостережение свт. Кирилла Александрийского: «Да не представляют Христа человеком богоносным». «О, таинственное чудо! Господь упал, а человек восстал» (Климент Александрийский. Увещание к язычникам. 111, 3).

Теперь становится яснее – почему Христос так настойчиво обращает внимание людей к тайне Своего Бытия. Представим себе, что через пропасть или реку построен некий мост. Он построен, покрашен, проверен, оформлена вся надлежащая документация… Что же осталось сделать напоследок? Надо поменять дорожные указатели на окрестных дорогах: «Старый мост закрыт. Дорога к новому мосту – вот тут!» Сам Христос есть этот Мост (Я есмь путь [Ин. 14, 6]) от земли к Небу. Главное во Христе – это то, что Он есть. Но на эту тайну полноты Христа (ибо эта полнота вбирает в себя и Божеское, и человеческое) и надо указать людям как на источник их спасения. Поэтому Христос и призывает к Себе, к соединению с Собою.

Зачем это было нужно? Причина в том, что люди, впав в грех и в смерть, потеряли Бога. Бога – а не Ангела. Бога – а не знание о Боге. А Бог – это Вечность, это Жизнь. И если мы теряем Бога, мы теряем Жизнь, мы начинаем умирать. И вот Бог приходит нам навстречу, Бог выходит на наши поиски.

Вспомним начало библейской истории: когда Адам пал, он спрятался от Бога под деревьями… Не будем осуждать нашего праотца. Это поведение свойственно каждому из нас: практически все мы относимся к Богу очень странно. Я думаю, что в нашем мире нет ни одного человека, даже атеиста, который не хотел бы однажды встретиться с Богом. Даже атеист скажет: «К сожалению, Бога нет, но если бы Он был, я бы с Ним встретился и задал бы Ему несколько вопросов…» Но с другой стороны, даже среди монахов трудно найти человека, который был бы готов жить всю жизнь в присутствии Бога. Большинство людей относятся к Богу как к своего рода «генератору» гуманитарной помощи. «Ты, Господи, явись предо мной! Я вручу Тебе список моих пожеланий: здоровья покрепче, зарплаты побольше, жилплощади пошире… Да, и еще, Господи, сделай так, чтоб у соседки корова околела… Ну вот, Господи, Ты исполни эти мои просьбы, а потом выйди, пожалуйста, за дверь и не подсматривай… Мне тут погрешить охота… Если потом мне снова будет плохо, так я Тебя опять позову, и Ты зайди!»

Бог вежлив. Если мы просим выйти Его за дверь – Он выходит, уходит из нашей жизни. Но если Бог отходит от нас по нашей просьбе – Он вместе с Собою отдаляет от нас и Жизнь, ибо Бог есть Жизнь. И с чем же мы остаемся? С тем, что не-жизнь. Мы остаемся со смертью.

Ведь, по слову Ап. Павла, Бог – единый имеющий бессмертие (1 Тим. 6, 16), и поэтому когда Он по нашей просьбе покидает нас, то Он уносит с Собою Самого Себя, а значит, Свое бессмертие и, значит, – нашу жизнь. И тогда человек «становится менее, чем был, когда был с Богом» (Блж. Августин. О граде Божием. 14, 13).

Более того, зачарованные минутной радостью того греха, который мы совершили в стороне от Бога, «между деревьями», мы как-то и не замечаем, Кого именно мы потеряли. Ошарашенные минутной радостью и постоянной болью, утратившие память от падения, люди потеряли ориентацию. И лишь затем, когда страдания, боль и смерть настигают нас, мы начинаем осознавать, что какой-то радикально неправильный выбор был сделан и нами, и человечеством вообще… Человек пожелал пожить без Бога – и, по слову прп. Максима Исповедника, окрест самолюбия появилось страдание [1]. Человек начинает задыхаться, болеть, умирать…

Итак, люди потеряли Бога. Могут ли они найти Его и вернуть? В Книге Иова такой вопрос ставится: Можешь ли ты исследованием найти Бога? (Иов. 11, 7). Однако ответ оказывается отрицательным: Но вот, я иду вперед – и нет Его, назад – и не нахожу Его (Иов. 23, 8). Человек сам найти Бога не может. Мы не можем построить такую Вавилонскую башню наших заслуг и добродетелей, по которой могли бы взобраться на Небеса. Пропасть между землей и Небом преодолима только в одном направлении: от Неба – к земле. Мы же с земли не можем перепрыгнуть эту пропасть.

Но Бог может спуститься к нам, чтобы «восполнить Собою» нашу полужизнь (см.: Блж. Августин. О граде Божием. 12, 9). Ибо «каким образом человек перейдет в Бога, если Бог не перешел в человека?» (Свт. Ириней Лионский. Против ересей. 4, 33, 4). И вот в этом главное отличие христианства от язычества. Языческие религии – это рассказ о том, как люди искали Бога, а Библия рассказывает о том, как Бог искал человека. Когда Адам спрятался под кустами, Бог взывает к нему: [Адам,] где ты? (Быт. 3, 9) [2]. У А. Галича есть стихотворение с повторяющейся строкой: «Я вышел на поиски Бога». Библия же рассказывает нам совершенно иную историю: о том, как Бог вышел на поиски человека.

И через всю священную историю пройдет этот рассказ о том, как Бог ищет человека. От Книги Бытие до последней Книги Библии – Апокалипсиса, – в которой Христос скажет: Се, стою у двери и стучу: если кто услышит голос Мой и отворит дверь, войду к нему, и буду вечерять с ним, и он со Мною (Откр. 3, 20). В ключевом же библейском эпизоде возвещается: Достигло до вас Царствие Божие (Мф. 12, 28) – и люди все-таки оказались настигнуты Радостью; Евангелие догнало их…

Для понимания Писания крайне необходимо подчеркнуть – как важен для священной истории этот мотив поиска Богом человека. Для того, чтобы понять какой-то текст или некоего человека, нужно заметить не только то, что этот человек говорит. Нужно заметить еще и то, о чем он молчит. Один сюжет замолчан Евангелием; один сюжет отсутствует в нем. Скажите, есть ли в Евангелии притча, которая рассказывала бы нам историю о некоей овечке, отбившейся от стада и потерявшейся? На эту затерявшуюся овцу напали волки… Но у овечки был черный пояс по каратэ, и поэтому своими рожками и копытцами она раскроила черепа серым разбойникам, а потом, как заядлая овчарка, по запаху нашла пастыря, бросилась к нему на шею и сказала: «Вот я, дорогой пастырь! Дай мне орден «За мужество» 1-й степени!»

Нет такой притчи в Евангелии. А есть иная, которая повествует о Пастыре, который Сам идет и находит.

Нет в Писании и притчи о сознательной копеечке, которая в какие-то незапамятные времена закатилась под диван, потерялась и лежала там всеми забытая. Но вот пришли тяжелые времена, и потерявшаяся копеечка (драхма) услышала, как ее хозяйка жалуется соседке: «Три месяца уж пенсию не носят… Кушать нечего». И тут копеечка решила пожертвовать собой, вытащила себя из щели, выкатилась из-под дивана прямо под ноги хозяйке и сказала: «Вот она я! Сходи со мной на базар, купи хлебушка!»… А есть иная притча. О хозяйке, которая все в своем доме перевернула вверх дном, чтобы найти потерянное сокровище…

Это очень важно: мы – найденыши. У нас нет права быть христианами. У нас нет права на спасение. Мы – найденыши; мы – помилованные преступники.

Конечно, и потерявшаяся овца не должна безмятежно лежать в надежде на то, что Пастырь найдет ее раньше волков. Но есть все же огромный зазор между нашим усилием и тем, что Господь дает нам в качестве плода этого нашего усилия.
Католики и протестанты ведут многовековой спор о том, совершается ли спасение через добрые дела и заслуги, или же спасение – это дар от Бога, который несоизмерим ни с какими человеческими делами. А ведь в Евангелии есть удивительный ответ… Он обретается в концовке Евангелия от Иоанна. Апостолы безуспешно ловят рыбу на Тивериадском море, и Воскресший Иисус является им и спрашивает: Есть ли у вас какая пища? (Ин. 21, 5). Апостолы признаются в неудаче: Нет (Ин. 21, 5). И тогда с берега Христос говорит Апостолам, которые были недалеко от берега: Закиньте сеть (Ин. 21, 6). Они бросают и вытаскивают полные сети. И вот лодка, перегруженная этими рыбами, плывет к берегу… И что же, – достигнув берега, Апостолы начинают чистить рыбу и жарить ее? Нет, – оказывается, ужин уже готов. Удивительно в этом евангельском рассказе не то, что Господь сотворил чудо: Он Сам дал Апостолам рыбу, как некогда Он Сам умножал хлеба. Удивительно, что Свое чудо Он предварил апостольским трудом. Он сказал: «Вы сначала пойдите и потрудитесь, а потом Я дам вам то, ради чего вы трудились и все же не заработали»…

Подобное происходит с каждым из нас: мы что-то делаем для достижения спасения, но плод в итоге дает Господь.

В драме немецкого поэта XIX в. Карла Иммермана «Мёрлин» рыцарь, ищущий чашу Грааля, читает надпись над входом во храм:

Я основал Себя по собственному праву.
Искать Меня – не вам!
Того счастливца, что нашел Мою державу, –
Того искал Я Сам!

Примечания

 [1]См.: Прп. Максим Исповедник. Творения. Кн. 2. С. 25.

[2]«Бог спрашивал не вследствие неведения, но – увещевая обратить внимание на то, где находился Адам, когда в нем не стало Бога» (Блж. Августин. О граде Божием. 13, 15), т.е. «указал на смерть души, совершившуюся вследствие оставления Его» (Там же. 13, 23).

БЕССМЕРТИЕ ДУШИ

Написано в рубрике: Поэзия — admin 8:41 пп в Воскресенье, Декабрь 19, 2010

Умолкни, чернь непросвещенна,
Слепые света мудрецы!
Небесна истина, священна!
Твою мне тайну ты прорцы.
Вещай: я буду ли жить вечно?
Бессмертна ли душа моя?
Се слово мне гремит предвечно:
Жив Бог!— Жива душа твоя!

Жива душа моя! и вечно
Она жить будет без конца;
Сиянье длится беспресечно,
Текуще света от Отца.
От лучезарной единицы,
В ком всех существ вратится круг,
Какие ни текут частицы,
Все живы, вечны: — вечен дух.

Дух тонкий, мудрый, сильный, сущий
В единый миг и там, и здесь,
Быстрее молнии текущий
Всегда, везде и вкупе весь,
Неосязаемый, незримый,
В желаньи, в памяти, в уме
Непостижимо содержимый,
Живущий внутрь меня и вне.

Дух, чувствовать, внимать способный,
Все знать, судить и заключать;
Как легкий прах, так мир огромный
Вкруг мерить, весить, исчислять;
Ревущи отвращать перуны,
Чрез бездны преплывать морей,
Сквозь своды воздуха лазурны
Свет черпать солнечных лучей;

Могущий время скоротечность,
Прошедше с будущим вязать;
Воображать блаженство, вечность,
И с мертвыми совет держать;
Пленяться истин красотою,
Надеяться бессмертным быть:
Сей дух возможет ли косою
Пресечься смерти и не жить?

Как можно, чтобы Царь всемирный,
Господь стихий и вещества —
Сей дух, сей ум, сей огнь эфирный,
Сей истый образ Божества —
Являлся с славою такою,
Чтоб только миг в сем свете жить,
Потом покрылся б вечной тьмою?
Нет, нет!— сего не может быть.

Не может быть, чтоб с плотью тленной,
Не чувствуя нетленных сил,
Противу смерти разъяренной
В сраженье воин выходил;
Чтоб властью Царь не ослеплялся,
Судья против даров стоял,
И человек с страстьми сражался,
Когда бы дух не укреплял.

Сей дух в Пророках предвещает,
Парит в Пиитах в высоту,
В Витиях сонмы убеждает,
С народов гонит слепоту;
Сей дух и в узах не боится
Тиранам правду говорить:
Чего бессмертному страшиться?
Он будет и за гробом жить.

Премудрость вечная и сила,
Во знаменье чудес своих,
В персть земну душу, дух вложила,
И так во мне связала их,
Что сделались они причастны
Друг друга свойств и естества:
В сей водворился мир прекрасный
Бессмертный образ Божества!

Бессмертен я!— и уверяет
Меня в том даже самый сон;
Мои он чувства усыпляет,
Но действует душа и в нём;
Оставя неподвижно тело,
Лежащее в моем одре,
Он свой путь совершает смело,
В стихийной пролетая пре.

Сравним ли и прошедши годы
С исчезнувшим, минувшим сном:
Не все ли виды нам природы
Лишь бывших мечт явятся сонм?
Когда ж оспорить то не можно,
Чтоб в прошлом време не жил я:
По смертном сне так непреложно
Жить будет и душа моя.

Как тьма есть света отлученье:
Так отлученье жизни, смерть.
Но коль лучей, во удаленье,
Умершими нельзя почесть:
Так и души, отшедшей тела,
Она жива,— как жив и свет;
Превыше тленного предела
В своем источнике живет.

Я здесь живу,— но в целом мире
Крылата мысль моя парит;
Я здесь умру,— но и в эфире
Мой глас по смерти возгремит.
О! естьли б стихотворство знало
Брать краску солнечных лучей,
Как ночью бы луна, сияло
Бессмертие души моей.

Но если нет души бессмертной:
Почто ж живу в сем свете я?
Что в добродетели мне тщетной,
Когда умрет душа моя?
Мне лучше, лучше быть злодеем,
Попрать закон, низвергнуть власть,
Когда по смерти мы имеем
И злой и добрый равну часть.

Ах, нет!— коль плоть разрушась тленна
Мертвила б наш и дух с собой,
Давно бы потряслась вселенна,
Земля покрылась кровью, мглой;
Упали б троны, царствы, грады
И все погибло б зол в борьбе:
Но дух бессмертный ждет награды
От правосудия себе.

Дела и сами наши страсти,
Бессмертья знаки наших душ.
Богатств алкаем, славы, власти;
Но, все их получа, мы в ту ж
Минуту вновь — и близ могилы —
Не престаем еще желать;
Так мыслей простираем крылы,
Как будто б ввек не умирать.

Наш прах слезами оросится,
Гроб скоро мохом зарастет:
Но огнь от праха в том родится,
Надгробну надпись кто прочтет;
Блеснет,— и вновь под небесами
Начнет свой феникс новый круг;
Все движется, живет делами,
Душа бессмертна, мысль и дух.

Как серный пар прикосновеньем
Вмиг возгорается огня,
Подобно мысли сообщеньем
Возможно вдруг возжечь меня;
Вослед же моему примеру
Пойдет отважно и другой:
Так дел и мыслей атмосферу
Мы простираем за собой!

И всяко семя, роду сродно
Как своему приносит плод:
Так всяка мысль себе подобно
Деянье за собой ведёт.
Благие в мире духи, злые
Суть вечны чада сих семен;
От них те свет, а тьму другие,
В себя приемлют, жизнь, иль тлен.

Бываю весел и спокоен,
Когда я сотворю добро;
Бываю скучен и расстроен,
Когда соделаю я зло:
Отколь же радость чувств такая?
Отколь борьба и перевес?
Не то ль, что плоть есть персть земная,
А дух — влияние небес?

Отколе, чувств по насыщенье,
Объемлет душу пустота?
Не оттого ль, что наслажденье
Для ней благ здешних суета?
Что есть для нас другой мир краше,
Есть вечных радостей чертог?
Бессмертие стихия наша,
Покой и верх желаний — Бог!

Болезнью изнуренна смертной
Зрю мужа праведна в одре,
Покрытого уж тенью мертвой;
Но при возблещущей заре
Над ним прекрасной, вечной жизни
Горе он взор возводит вдруг,
Спеша в объятие отчизны,
С улыбкой испускает дух.

Как червь, оставя паутину
И в бабочке взяв новый вид,
В лазурну воздуха равнину
На крыльях блещущих летит,
В прекрасном веселясь убранстве,
С цветов садится на цветы:
Так и душа, небес в пространстве,
Не будешь ли бессмертна ты?

О нет!— бессмертие прямое —
В едином Боге вечно жить,
Покой и счастие святое
В его блаженном свете чтить.
О радость!— О восторг любезный!
Сияй, надежда, луч лия,
Да, на краю воскликну бездны:
Жив Бог!— Жива душа моя!

Гавриил Романович Державин

1785-1796

В поисках Бога

Написано в рубрике: На вольную тему — admin 8:27 пп в Воскресенье, Декабрь 19, 2010

В моей жизни встречались совершенно разные люди. Это были и врачи, и поэты, и математики, и психологи, и учителя. Это были и художники, водители, продавцы, чиновники. Разные люди, разные судьбы. И если следовать привычной модели —      разные интеллекты. И очень многие из них искали Бога. Только вот и сама я не сразу поняла, что путь разума в поисках Бога, а уж тем более, поиск интеллекта в поисках Бога – долог и не всегда заканчивается обретением. Сердце —  более совершенный Его искатель, если можно так сказать более тонкий и чуткий «навигационный прибор». Хотя и здесь не без ошибок. «Чадо, дай мне сердце твое», — говорил Господь наш, и вменял нам желания наши за дела, видя нашу духовную слабость и негодность к подвигам. Совсем недавно мне попалась на глаза одна притча, которая  показалась мне  интересной.

Как найти Бога?

Был тихий вечер, после очень жаркого дня. Мудрец решил искупаться и пошел к реке. Думая о желанной прохладе, которая ожидала его, не заметил путника, поравнявшегося с ним. Они вместе пошли по дороге, беседуя. И юноша спросил мудреца:

— Я ищу путь к Богу. Как я могу найти Бога?
Мудрец не отвечал, пока они не дошли до берега реки. Там он неожиданно схватил юношу за шиворот и погрузил его в воду с головой. Молодой человек стал задыхаться  и пытался всеми силами вырваться, чтобы вздохнуть хотя бы глоток воздуха. Через  минуту – две мудрец отпустил испуганного «искателя».

Юноша, придя в себя, сильно разгневался и закричал:

— Зачем вы все это проделали со мной?

Мудрец примирительно улыбнулся ему и ответил:

-Если желание найти Бога будет столь же сильно, как желание дышать и жить – ты встретишь Его.

СВЯТИТЕЛЮ ОТЧЕ НИКОЛАЕ, МОЛИ БОГА О НАС

Написано в рубрике: Душа с душою говорит... — admin 7:39 пп в Суббота, Декабрь 18, 2010

Любимый русским народом Николай-Чудотворец

 Правило веры и образ кротости, воздержания учителю яви тя стаду твоему яже вещей истина: сего ради стяжал еси смирением высокая, нищетою богатая. Отче священноначальниче Николае, моли Христа Бога спастися душам нашим.

 

   «Приидите, о христоименитое собрание, на слышание нового чудесе, еже бысть в лето от сотворения мира 7210, от Рождества по плоти Бога Слова 1702», так начинается сказание. В этом году, — в царствование Петра Великаго, в Сибири, Томского округа, в деревне Крестининой, в доме вдовы Соломии Прокопьевой лежал на одре болезни житель города Томска, сын престарелого воина Саввы Рожнева, именем Григорий. Родственники и соседи, отчаявшись в жизни больного, окружили его постель и молча ожидали разлуки души с телом. Но вот они видят, что больной чего-то начал страшиться, трепетать, и потому стали с напряженным вниманием ожидать, что будет. Больной, до сих пор недвижимый, вдруг как бы невидимою силою всем телом поднимается с постели и начинает говорить с кем-то незримым для них, говорит много и все, как будто давая ответы на чьи-то вопросы, на чьи-то замечания. Наконец, он громко вскрикивает: «Господи! Все это сотворю, помилуй меня», тихо опускается на постель, приходит в себя и, озирая всех, объявляет, что он совсем здоров, что только чувствует еще в себе большую слабость. Все крайне этому изумлялись, изумлялись и тому еще, откуда взялся, как очутился в доме на божничке образ Николая чудотворца;  у Соломии Прокопьевой никогда такого образа не было, и никто из находившихся тогда тут его не приносил. Вскоре (на следующий день или через день) бывший больной Григорий послал за духовником своим, священником села Спасского, что на реке Я, Иоанном Кузминым, и ему пред приобщением св. Дарами рассказал, что с ним было в то время, как он ежеминутно ожидал себе смерти. Родственники и соседи, бывшие очевидцами всего, что с ним тогда делалось, и слышавшие, что в то время говорил он, подтвердили его слова.

   Вот его рассказ. «Лежа на постели, говорил Григорий, увидел я в избе и даже на улице множество черных и отвратительных чудовищ. Они сначала производили разные мерзкие игры, потом все напали на меня с такою лютостью, что я думал – меня тотчас же растерзают. Тут взмолился я в уме своем Господу Богу, да избавит меня от этих скверных демонов и не попустит мне окаянному погибнуть с беззакониями моими. Вдруг, после того, в комнате сделалось необыкновенно светло, и все бесы исчезли. При этом я увидел образ святителя Христова  Николая, сиявший как солнце; он несся сам собою, держимый невидимой силою;  за образом шел старец, похожий на изображеннаго на нем, в архиерейской одежде, с копьем или жезлом в руке. Икона, принесенная в дом невидимою рукою, тою же невидимою рукою была поставлена на божнице и пред ней сама собой загорелась свеча. Тогда старец положил мне на сердце свой жезл, болезнь моя вмиг прекратилась, и он грозно сказал мне: «Зачем ты, злой человек, полагаешь надежду на дьявола и недобре говоришь о богатстве? Скажи мне правду, как ты вот тогда-то, идя дорогой, рассуждал о богатстве?» Тут я увидел, что ему все известно; известны между прочим и мои злые  помыслы, и поэтому рассказал ему, как я и когда соблазнялся чужим богатством, роптал на свою бедность, и как я раз, идя дорогой, думал в себе,  что богатым богатство, должно быть, носят или собирать помогают бесы, что поэтому хорошо бы и мне с ними познакомиться, что они и мне стали бы носить деньги, и за такую помощь я стал бы почитать их. На  это старец сказал мне: «малодушный! Оказали ли бесы тебе какую-нибудь помощь в твоей бедности и в настоящей твоей болезни?  Если бы я теперь не поспешил к тебе на помощь, то они погубили бы тебя душевно и телесно. Да знаешь ли ты, кто я»? «Не знаю, господи мой, господи, кто ты?», отвечал я ему. «Я – архиепископ Николай Мирликийский чудотворец, скорый христианам помощник в бедах; икона же, на которой изображен лик мой, доселе находилась в доме соседа вашего, Ильи Крестинина, но вместе со мной отошла оттуда, потому что там ей оставаться мерзко. В доме его нет никакого благочиния, там одно беззаконие. Сам Илья простоумен и глумитель, дети его и внучата воспитаны беззаконно, живут не   похристиански, церковь Божию оставили; в доме его отовсюду собираются кудесники, ветреники и ветреницы для безчинных игр, песен, плясок, все это сквернит человека и ведет его к погибели;  поэтому я и вышел из его дома , не терпя в нем беззакония и неистовства. В дом же вдовицы сей Соломии пришел я, уважая чистоту ея и страннолюбие. Но и у нея не без греха: за детьми своими она не наблюдает, во всем снисходит им, и они с сверстниками своими сквернословят, в дни воскресные  и праздничные едят и пьют рано, что все истинному христианину не прилично. И ей, Соломии, и им, ея детям, скажи ты, Григорий, чтобы исправились, иначе зле погибнут и они. Что же касается до Ильи, то его сокрушат тяжкие болезни, в них он и жизни лишится; дом его сгорит; с домом погибнут и два его сына; тоже самое будет и с домом и детьми Соломии, если не исправятся. Образ мой, который ты видел вошедшим в дом этот, пусть будет отнесен с  подобающей честью  в деревню Семилужную, и пусть поставят его там в молитвенном доме Вознесения Господня; я хочу, чтобы там стоял и был почитаем мой образ».

   После того светоносный старец сказал мне: «отселе, Григорий, исцеляет тебя Господь мой, Иисус Христос, мною, рабом своим, и ты, когда совершенно оправишься, восстань убо, иди в град Томск и рцы без боязни всем во граде священноначальникам  и судиям градским и прочим гражданам, яко вси они прогневали Творца своего и Господа, и ходиша в путь беззакония своего и мерзкия похоти, и вси уклонишася, вкупе непотребни быша, всяк возраст и всяк род, рабы и свободны, прости и воины, начальницы и подначальнии, мужи и жены, отроки со старцы, иноки и бельцы, иереи и вси церковницы, присно согрешающее, досаждая, обидя, лихоимствуя, оболгая, неистовствуя, прелюбодействуя и прочими изобилуя безчинии.  Аще же от всех сих не пристанут, не умолят сотворшего Господа своего покаянием, слезами и не покажут веры своея делами, заповеданными христианам, глаголю же – кротость, умиление, любовь, долготерпение, человеколюбие, благостыня, милование, мир, истина,  ихже  кроме всех грядущих напастей свободиться не могут. К тому же и сия повелеваю, да запретят ненаказанным, еже бы от всякия игры бесовския престали, и дабы хранили уста свои от  сквернословия;  аще же сего не сотворят и не отстанут путей своих лукавых и развращенных: то Божия отмщения не избегнут». Наконец старец тот сказал мне: «будешь ли ты объявлять людям об этом видении, возвещать это страшное веление? Если нет, то сейчас же погибнешь, злосчастный».  Тут-то я и закричал: «Господи! Сотворю все это, помилуй меня!»  После того он тихо опустил меня на постель и, сказавши: « завтра я опять приду к тебе, ожидай меня»,  стал невидим. Тогда я, заметил рассказывавший, уже совершенно уразумел, что являвшийся был действительно славный чудотворец Мирликийский, святитель Николай. На следующее утро, продолжал говорить исцелевший и удостоившийся видения Григорий Рожнев, когда я лежал еще в постели и размышлял о своем страшном видении, снова явился в дом тот светоносный  старец, был он, как и прежде, в архиерейском облачении, с двумя крестами на персях и с третьим , самым светлым на ременах, стал пред святыми иконами и читал книгу. Но вскоре, согнувши книгу, он подошел ко мне; я смотрел и услаждался прекрасным видением; тогда он наклонился и сказавши мне на ухо: «ныне я отхожу от дому Ильи, и благодать моя уже не пребудет в нем», стал, как накануне невидим. Все, доселе разсказанное исцелевшим Григорием клятвенно подтвердили пред Спасским священником  Иоаном брат Григория, Иван  Рожнев, хозяйка дома – вдова Соломия Прокопьева с сыновьями и многие их однодеревенцы, которые, как сказано в начале, пришли навестить умиравшаго и потому были свидетелями всего случившагося с ним;  видели, например, сначала его при последнем издыхании, потом в ужасе и трепете, далее поднявшимся на постели всем телом, и при этом слышали, как он сперва кому-то долго отвечал, а под конец в страхе вскричал: «Господи! Все это сотворю, помилуй меня».

   Предвещание и вместе угроза св.Николая касательно Ильи Крестинина вскоре сбылись; в ночь на четвертые сутки после видения, бывшаго Григорию Рожневу, у того крестьянина сгорела кладовая со всем имением, а в 30 день после видения сам он впал в какую-то тяжкую болезнь и вскоре умер.

   Икона святителя Николая, перенесенная невидимою силою из дома  крестьянина Ильи в дом  крестьянской же вдовы  Прокопьевой, согласно повелению Святителя, была отнесена крестьянами, при сопутствии священника Кузьмина, из деревни Крестининой в деревню  Семилужную и поставлена в Вознесенской часовне , вместо которой теперь давно уже существует церковь.

   Между тем ( во время между пожаром у Ильи Крестинина и его смертью) Григорий, сподобившийся  видения, совершенно оправился от болезни, пришел в Томск и рассказал о всем, бывшем с ним, между прочим о явлении ему святителя Николая и о прещении Божием на Томск, архимандриту Алексеевского  монастыря Варлааму, протопресвитеру Григорию Васильеву,  священникам градским, а также воеводе, стольнику Григорию Петровичу Соловаго, сыну его Лаврентию  и всем лучшим гражданам. Вызванные в город – вдова Соломия, Иван Рожнев и другие, бывшие свидетелями случившегося с Григорием Рожневым, единогласно подтвердили все рассказанное им, а пожар, истребивший, по предвещанию святителя Николая, дом и имение крестьянина  Крестинина,  свидетельствуя о божественности бывшаго тому Рожневу видения, в то же время служил и предвестием бедствий, грядущих на Томск.

   Для отвращения гнева Божия от города – воевода, лица духовныя и граждане положили общим советом послать в деревню Семилужную священно- и церковнослужителей (Воскресенской церкви священника Афанасия Андреева с причтом), с нарочитыми гражданами для того, чтобы принести оттуда с подобающей честию ознаменованную особенною благодатию Божиею икону Мирликийского Чудотворца  в город. Посланные отправились, и когда принесли икону, граждане все, от мала до велика,  вышли ей на встречу, принесли с радостью и умилением, и долго, в посте и покаянии, молебствовали пред ней.  Господь призрел на слезы и молитвы жителей Томска и, по ходатайству святителя Николая, пременил  Свой гнев против них на милость. (Перессказ с славянскаго языка сказания). Напечатано с «Житие и чудеса св.Николая Чутотворца, архиепископа Мирликийскаго и слава его в России» С.-Петербург, Синодальная типография, 1899г.

 

БЫТЬ ЖЕНЩИНОЙ — особая форма служения.

Написано в рубрике: Только для женщин — admin 8:24 пп в Среда, Декабрь 8, 2010

Отец архимандрит вспоминает

Написано в рубрике: Отец архимандрит вспоминает — admin 6:56 пп в Среда, Декабрь 8, 2010

Гавриил

   События, о которых в  этот раз рассказывал отец архимандрит, происходили в далекой Аргентине в семидесятых годах прошлого века.

   Его духовный отец в то время возглавлял   епархию Русской Православной Церкви в Аргентине и Южной Америке. Кафедральный Собор, епархиальное управление и архиерейские покои  размещались  в столице Аргентины  Буэнос-Айресе, (буквально – Город Пресвятой Троицы и Порт нашей Госпожи Святой Марии Добрых Ветров»). Подавляющее большинство населения принадлежало к Римско-Католической Церкви. Православных приходов было немного. И для открытия новых  — требовались большие усилия. Отношения с местным населением были не простыми. И требовалось время для того, чтобы восстановить утраченное доверие к православному священству.  С помощью длительных переговоров Владыке удалось организовать новый приход в  провинциальном  городе Санта-Фе( в переводе Святая вера). Собрав с собой все необходимое для освящения Престола и  совершения служб, Владыка вместе с епархиальным секретарем и водителем машины, втроем отправились из Буэнос-Айреса с Санта-Фе. Нужно сказать, что тип почвы, по которому местами предстояло ехать, относился к красноземам —  это особая земля широколиственных лесов субтропического пояса. А машина, на которой совершалась поездка, была большой и тяжелой. Поэтому для успеха путешествия необходима была хорошая и ясная погода. Водитель и секретарь были местными жителями и уверили, что погода не доставит никаких сюрпризов. Однако, проехав некоторую часть пути, они  попали под проливной тропический дождь и машина, увязнув в красноземе «по бампер», не могла сдвинуться с места. Вокруг были «джунгли», и никого, кто мог бы оказать помощь. Прошло некоторое время, и самым неожиданным образом, впереди них возник огромный трактор. Водитель этого «гиганта» предложил путникам довезти их до ближайшего места, куда направлялся по делам, а там уж им самим нужно было решать свои проблемы. Владыка рассказывал, что машина просто «плыла» по красной реке из земли и песка. Когда они прибыли на место, в сервисе, куда доставили автомобиль, дивились тому, что песок находился везде. Пришлось разбирать и заново собирать ходовую часть и ремонтировать то, что вышло из строя. На это время Владыка остановился в недорогой гостинице.  Вскоре по приезде к нему пришел посланец  из женского монастыря «Босоногих кармелиток» с приглашением от настоятельницы. Это был католический монастырь, очень строгого устава, где сестры жили в полном затворе, соблюдали аскетические правила и делали в молитвенной практике акцент на созерцании. Поэтому было совершенно непонятно с точки зрения обычного светского человека, как они могли узнать о «случайном» приезде архиерея Русской Православной Церкви. Настоятельницей монастыря была монахиня Ангелина. Нужно сказать, что  ее и сестер местные жители считали монахинями очень высокой духовной жизни  и относились к ним, как к Святым. В приглашении мать Ангелина просила Владыку отслужить в их монастыре Литургию Святителя Иоанна Златоустаго . И Владыка исполнил ее настоятельную просьбу. Он служил один. По окончании службы причастил сестер через крошечные окошки их келий, в которые можно было увидеть только открытые для принятия причастия уста. И окончив службу, вернулся в гостиницу.

   По возвращению в Буэнос-Айрес, в архиерейских покоях Владыку ждало письмо, которое местные служащие передали ему с благоговейным трепетом, потому что почитали матушку Ангелину Святой уже при жизни. В письме от нее были слова большой благодарности за проведенную Владыкой службу. А также и рассказ о том, что всю свою жизнь она молилась и просила Господа, о том, чтобы, хотя бы   незадолго до смерти,  быть сподобленной причастия Святых Христовых Тайн по православному чину. То есть, не только  Тела, как это принято в Католической Церкви,  а и Крови Господней, как это установлено в Русской Православной Церкви.   Владыка вспоминал об этом событии не случайно, потому что после означенных событий, эмигранты первой волны, которые с недоверием относились к священству постреволюционной России, стали испытывать к Владыке и к Русской Православной Церкви  большее доверие и уважение.  И  это установившееся взаимопонимание позволило проводить активную работу по утверждению Православия на далекой Аргентинской земле.

Следующая страница »